Окно подключения к Zoom крутилось на синем фоне. До автоматического соединения оставалось буквально три секунды, и в этот момент внутренний предохранитель выбило с оглушительным треском.

Паника накрыла мгновенно, волной ледяного пота. В горле встал колом спазм, дыхание перехватило.

«Нет, нет, нет, я не могу. Я запутаюсь в метриках, я опозорюсь, я заикнусь. Зачем я согласилась?!»

Пальцы совершили молниеносное, доведенное до автоматизма движение — курсор метнулся в угол экрана и с силой кликнул «Завершить конференцию». Окно Zoom схлопнулось.

Оксана откинулась на спинку стула, судорожно глотая воздух. Сердце колотилось так, что отзывалось гулом в ушах.

Рука сама тянулась к телефону. В мессенджере был открыт диалог с HR-менеджером агентства. Внутри уже сложился идеальный, спасительный, проверенный годами сценарий бегства:

«Здравствуйте! Извините, пожалуйста, у дочки резко поднялась температура, я вынуждена перенести или отменить нашу встречу...»

Это было так искушающе легко. Сослаться на ребенка. Спрятаться за материнский долг. Никто не осудит «заботливую маму», у которой заболел малыш.

Это безупречное алиби, которое освобождало её от ответственности, от риска быть отвергнутой и от страха оказаться «недостаточно хорошей».

Пальцы уже отстукивали первые буквы текста: «Здравствуйте, извините, у нас ЧП…»

И тут экран телефона вспыхнул входящим текстовым сообщением от Артёма, отправленным секунду назад. Она даже не успела дописать первую строчку.

Оксана замерла. Взгляд зацепился за строчки наставника.

Она стояла на развилке. Один клик — и она возвращается в теплое, привычное, безнадежное болото, где отговорки защищают от жизни.

Телефон в руке тяжело вибрировал: HR-менеджер, не дождавшись её в Zoom, уже набирала её номер.

—
Вопрос: Чем вы обычно привыкли «прикрываться», когда становится слишком страшно идти в новый опыт?

Обсудить в Телеграм
Обсудить Вконтакте