Эпизод 2. Эхо старого страха
Часы на микроволновке показывали 02:40. В квартире царила глухая, тяжелая тишина, нарушаемая только ровным гудением ноутбука и редким поскрипыванием паркета.
Оксана сидела на кухне, поджав под себя ноги и сжав виски ладонями. На экране открыты три вкладки с обучающими модулями, таблица Excel с тестовым массивом данных и переписка с первым потенциальным клиентом.
Эту подработку — небольшую сборку аналитического отчета за символические деньги — она нашла вчера в телеграм-канале для новичков. Срок сдачи был жестким: сегодня до 10:00 утра.
Глаза жгло от усталости. Термины, которые до декрета казались элементарными, сейчас воспринимались как иностранный язык. Каждая формула в таблице давалась с боем.
Внутри нарастало лихорадочное желание доказательства: «Я смогу. Я сделаю этот отчет, сдам вовремя, покажу Денису чек и докажу, что я не просто трачу его деньги».
В 03:15 из детской донесся жалобный плач.
Оксана вздрогнула, замерла, надеясь, что София просто перевернется и заснет дальше. Но плач стал громче, переходя в кашель. Сбросив плед, Оксана побежала в комнату. Дочь горела. Градусник показал 38,8.
Следующие четыре часа превратились в лихорадочный ад: жаропонижающее, компрессы, капризы, попытки уложить засыпающего на руках ребенка обратно в кровать.
Каждый раз, когда Оксана пыталась аккуратно встать и вернуться на кухню к ноутбуку, София вздрагивала и начинала плакать снова.
В 07:30 на кухню зашел Денис. На нем уже были брюки и рубашка. Он окинул взглядом гору немытой с ночи посуды, раковину, полные кружки недопитого чая и стоящую на столе пустую кастрюлю.
— Оксана, а завтрака нет? — спросил он, наморщившись. — Мне через двадцать минут выходить. И почему София дома, она что, не идет в сад?
— У нее температура почти тридцать девять, Денис, — тихо, выбившись из сил, ответила Оксана, качая дочку на руках. — Я всю ночь не спала.
Денис тяжело вздохнул, доставая из шкафа чашку:
— Понятно. Значит, опять хаос. Я же говорил, что нужно сначала быт нормально выстроить, а не сидеть до трех ночи над своими курсами. Ты же сама себе этот ад устраиваешь. Ладно, перекушу в офисе.
Дверь хлопает. Оксана осталась одна посреди разгромленной кухни с горячим ребенком на руках.
На столе тихо заблокировался экран ноутбука. На часах было 09:55.
До дедлайна оставалось пять минут. Отчет был готов едва ли на треть. Руки дрожали так, что она едва попадала по клавишам, пытаясь набрать сообщение заказчику: «Здравствуйте! Извините, пожалуйста, у меня заболел ребенок, можно перенести дедлайн на вечер?..»
Ответ от клиента пришел ровно в 10:02. Короткий, сухой и бьющий без промаха:
«Оксана, мы искали исполнителя, способного соблюдать договоренности. Извините, мы уже передали задачу другому фрилансеру. Всего доброго».
Оксана медленно опустила телефон на стол. В груди всё сжалось в ледяной комок. И в этот момент в тишине квартиры раздался звонок ее телефона. На экране высветилось имя мужа.
—
Вопрос: Как именно ваше тело реагирует, когда внутри закипает сильная обида или страх — что вы чувствуете в этот момент?
Обсудить в Телеграм
Обсудить Вконтакте
Оксана сидела на кухне, поджав под себя ноги и сжав виски ладонями. На экране открыты три вкладки с обучающими модулями, таблица Excel с тестовым массивом данных и переписка с первым потенциальным клиентом.
Эту подработку — небольшую сборку аналитического отчета за символические деньги — она нашла вчера в телеграм-канале для новичков. Срок сдачи был жестким: сегодня до 10:00 утра.
Глаза жгло от усталости. Термины, которые до декрета казались элементарными, сейчас воспринимались как иностранный язык. Каждая формула в таблице давалась с боем.
Внутри нарастало лихорадочное желание доказательства: «Я смогу. Я сделаю этот отчет, сдам вовремя, покажу Денису чек и докажу, что я не просто трачу его деньги».
В 03:15 из детской донесся жалобный плач.
Оксана вздрогнула, замерла, надеясь, что София просто перевернется и заснет дальше. Но плач стал громче, переходя в кашель. Сбросив плед, Оксана побежала в комнату. Дочь горела. Градусник показал 38,8.
Следующие четыре часа превратились в лихорадочный ад: жаропонижающее, компрессы, капризы, попытки уложить засыпающего на руках ребенка обратно в кровать.
Каждый раз, когда Оксана пыталась аккуратно встать и вернуться на кухню к ноутбуку, София вздрагивала и начинала плакать снова.
В 07:30 на кухню зашел Денис. На нем уже были брюки и рубашка. Он окинул взглядом гору немытой с ночи посуды, раковину, полные кружки недопитого чая и стоящую на столе пустую кастрюлю.
— Оксана, а завтрака нет? — спросил он, наморщившись. — Мне через двадцать минут выходить. И почему София дома, она что, не идет в сад?
— У нее температура почти тридцать девять, Денис, — тихо, выбившись из сил, ответила Оксана, качая дочку на руках. — Я всю ночь не спала.
Денис тяжело вздохнул, доставая из шкафа чашку:
— Понятно. Значит, опять хаос. Я же говорил, что нужно сначала быт нормально выстроить, а не сидеть до трех ночи над своими курсами. Ты же сама себе этот ад устраиваешь. Ладно, перекушу в офисе.
Дверь хлопает. Оксана осталась одна посреди разгромленной кухни с горячим ребенком на руках.
На столе тихо заблокировался экран ноутбука. На часах было 09:55.
До дедлайна оставалось пять минут. Отчет был готов едва ли на треть. Руки дрожали так, что она едва попадала по клавишам, пытаясь набрать сообщение заказчику: «Здравствуйте! Извините, пожалуйста, у меня заболел ребенок, можно перенести дедлайн на вечер?..»
Ответ от клиента пришел ровно в 10:02. Короткий, сухой и бьющий без промаха:
«Оксана, мы искали исполнителя, способного соблюдать договоренности. Извините, мы уже передали задачу другому фрилансеру. Всего доброго».
Оксана медленно опустила телефон на стол. В груди всё сжалось в ледяной комок. И в этот момент в тишине квартиры раздался звонок ее телефона. На экране высветилось имя мужа.
—
Вопрос: Как именно ваше тело реагирует, когда внутри закипает сильная обида или страх — что вы чувствуете в этот момент?
Обсудить в Телеграм
Обсудить Вконтакте
