Условие Артёма, озвученное Аней по телефону, прозвучало жестко: «Я не буду слушать жалобы на Дениса и разбирать его ошибки. Я буду говорить только с Катей и только о её реакциях. Если она готова смотреть на себя — пусть приезжает».

Кате стало обидно. Свою роль? Но ведь это он закрывается в комнате! Это он остыл!

Вместо того чтобы принять помощь, она решила сделать последнюю, отчаянную попытку всё исправить самостоятельно. В её голове за несколько минут созрел план.

Логика казалась безупречной: если Денис отдаляется из-за её претензий и слез, значит, нужно просто стать идеальной. Удобной. Невидимой. Легкой. Перестать донимать его разговорами.

В субботу к трем часам дня квартира сияла чистотой. На столе в кухне стоял ужин, Катя надела красивое домашнее платье и тщательно накрасилась.

Внутри горела судорожная надежда: «Он придет, увидит, что я спокойна, заботлива и ничего от него не требую. Он поймет, как ему со мной хорошо, и снова станет прежним».

Денис вернулся в шесть. Катя встретила его мягкой улыбкой, не задавала вопросов о вчерашнем и не лезла с обниманиями. Она молча накрыла на стол. Денис съел ужин, тихо сказал «спасибо, очень вкусно» и пересел на диван с телефоном.

Следующие три часа превратились для Кати в изощренную пытку.

Она сидела в другом конце комнаты с книгой, изображая полное умиротворение. Но её мозг ни на секунду не отключался. Внутренний локатор считывал каждый его вздох:

почему он не смотрит на меня? Почему он листает ленту, а не обнимет? Разве он не видит, как я стараюсь? Ну похвали же меня! Скажи, что всё хорошо!

Попытка «быть удобной» оказалась тем же самым гиперконтролем, только в красивой обертке. Катя платила своим искусственным спокойствием в надежде купить гарантированную любовь.

Но Денис не знал правил этой тайной сделки. Он просто воспринимал её тишину как долгожданную возможность отдохнуть.

Спустя шесть часов фасад рухнул.
Денис встал с дивана, зевотно потянулся и произнес:

— Я, пожалуй, пойду лягу. Спать хочу убойно.

Он даже не поцеловал её на ночь — просто ушел в спальню.

Внутри Кати с оглушительным треском лопнула перетянутая струна. Весь подавленный страх мгновенно превратился в ядовитую обиду. Она забежала в ванную, включила воду на полную мощность, чтобы заглушить рыдания, и оперлась сухими, дрожащими руками о раковину.

«Я раздавила себя ради него! Я наступила себе на горло, а ему всё равно! Я ему вообще не нужна!»

Она вытерла слезы и посмотрела на экран телефона, лежащего рядом на полке. Там висело прямое сообщение от Артёма.

—
Вопрос: Если честно посмотреть на свои прошлые ссоры, что на самом деле вы пытаетесь «купить» у партнера через свои претензии и требования — его реальное внимание или просто мгновенную анестезию от собственного страха?

Обсудить в Телеграм
Обсудить Вконтакте