Двое суток Олеся вела внутреннее сражение. Двое суток, в течение которых она то убеждала себя, что Артём просто превысил полномочия и возомнил себя всевидящим гуру, то снова проваливалась в ледяное осознание: он прав.

Каждая её попытка построить отношения действительно больше напоминала спецоперацию по дезактивации противника, чем встречу двух живых людей.

В понедельник вечером гордыня окончательно сдалась под тяжестью глухой тоски. Олеся набрала короткое, предельно сухое сообщение:

«Артём, привет. По поводу того разговора... Если ты готов принять меня именно как психолог, а не как муж подруги, я бы хотела записаться. По всем правилам, платно, в кабинете».

Ответ пришёл через три минуты:
«Привет. Среда, 16:00. Адрес скину ниже. И да, правила будут строгими».

И вот — среда. Небольшой кабинет в старом особняке в центре города. Никакого кухонного уюта, запечённой утки и домашнего чая.

Лаконичный интерьер, два глубоких кресла, мягкий рассеянный свет и Артём — в строгой рубашке, собранный, нейтральный и абсолютно профессиональный.

Олеся опустилась в кресло, привычно скрестила ноги и попыталась занять вальяжную позу, но пальцы выдавали её — они крепко сжимали ремешок кожаной сумки.

В этой строго регламентированной обстановке, без брони «весёлой подруги семьи», она чувствовала себя болезненно обнажённой.

— Честно говоря, ощущение дикое, — выжала она из себя искусственную улыбку. — Чувствую себя персонажем какого-то сериала. Ну что, с чего начинаем? Мне зачитать весь список моих девяноста восьми катастроф? У меня всё задокументировано, могу по датам.

Артём не поддался на её попытку превратить всё в шутку. Он спокойно посмотрел на неё и мягко, но твёрдо произнёс:

— Мы не будем разбирать твои девяносто восемь свиданий, Олесь. И мужчин из приложений мы тоже обсуждать не будем.

Олеся нахмурилась:

— В смысле? А зачем я тогда здесь? Я же пришла разобраться, почему мне попадаются одни неадекваты и как мне наконец найти нормального человека.

— Ты пришла, потому что твоя защита стала стоить тебе слишком дорого, — тихо ответил Артём. — Но если мы будем искать причину в них, мы просто продолжим твоё любимое стендап-шоу. Если ты действительно хочешь изменений, нам придётся посмотреть туда, куда ты не заглядывала годами.

— Куда? — настороженно спросила Олеся.

— В то место, где ты приняла решение, что близость — это смертельная опасность, от которой нужно отстреливаться сарказмом.
Артём сделал небольшую паузу, откинулся на спинку кресла и задал вопрос, от которого у Олеси внутри всё похолодело.

—
Вопрос: Какой ваш личный «автопилот» включается первым, когда вы ощущаете непонимание или эмоциональную дистанцию со стороны близкого человека?

Обсудить в Телеграм
Обсудить Вконтакте