Катя сбросила звонок главного врача. Не смогла ответить. Струсила.

Она дрожащими руками сжала виски, выбежала из цеха и заперлась в своем кабинете. На столе ровными стопками лежали эскизы, образцы фурнитуры, финансовые отчеты и счета. Все, на что она потратила последние четыре года жизни. Все, что сейчас рушилось как карточный домик.

Через пять минут долгих унизительных переговоров ей удалось догнать Галину у выхода, наступить себе на горло и практически вымолить её возвращение. Пришлось пообещать двойную оплату за сверхурочные, чтобы исправить брак на костюмах.

Цена её перфекционизма и неспособности выстроить контроль: полмиллиона под угрозой, сорванный нервный день и дополнительный расход из бюджета, которого просто не существовало.

В 22:00 Катя сидела за рабочим столом и сводила табличку в Excel. Когда цифры наконец сложились, у неё перехватило дыхание.

Из-за срочной доплаты швеям, просрочки платежа от другого байера и купленной ткани на счете компании к понедельнику оставался глубокий минус. Кассовый разрыв. 340 тысяч рублей. Налоги, аренда и зарплата административному персоналу зависали в воздухе.

Она проработала 16 часов. Она не ела весь день. Она отдала этой компании все силы, здоровье, отношения с мужем — а в итоге сидела в пустом офисе с панической такой силы, что грудную клетку буквально разрывало.

«Зачем? Зачем я все это делаю? — накрыла с головой горькая волна. — Для чего я ушла из наемной работы, чтобы стать рабыней собственной фирмы? Чтобы каждый день доказывать, что я могу всё, а в итоге оставаться у разбитого корыта?»

Катя забилась в угол кожаного дивана, обняла колени и тихо, бессильно зарыдала. Без гнева, без злости — только от полного, всеобъемлющего истощения. Старые методы больше не работали. Работать 18 часов вместо 14 было физически невозможно.

Дверь кабинета тихо скрипнула. На пороге стоял Денис. В руках он держал стакан с теплой водой и какой-то бумажный конверт.

Он не стал читать нотации. Не сказал привычное «я же говорил». Он просто подошел, присел на корточки перед её диваном, вытер слезу с её щеки и положил на стол визитку.

— Кать, ты убиваешь себя. Твой бизнес не растет не потому, что люди плохо работают или денег нет в стране. Ты просто пытаешься удержать падающий дом руками.

Катя посмотрела на визитку через слезы. На плотной бумаге было написано: «Артём В. Консультирование, эмоциональная зрелость и стратегическое мышление».

— Это Артём, — тихо сказал Денис. — Ты его знаешь, мой университетский друг. Он работает со своими клиентами не так, как обычные психологи. Он помогает собственникам перестать тушить пожары своей жизнью. Я договорился, он ждет тебя во вторник.

— Денис, у меня кассовый разрыв! — всхлипнула Катя. — Какой психолог?! У меня нет времени на разговоры о детстве, мне нужно спасать компанию!

Денис встал, посмотрел на неё с глубокой грустной твердостью и ответил:

— Если ты не пойдешь к нему во вторник, спасать придется уже не компанию. А наш брак. Выбирай.

—
Вопрос: Как вы обычно аргументируете себе необходимость работать по 14–16 часов без выходных, когда близкие просят вас остановиться?

Обсудить в Телеграм
Обсудить Вконтакте