Эпизод 7. Первые трещины
Прошло три недели с момента той ночной переписки. Три недели, в течение которых Катя раз за разом ловила себя на желании вырвать телефон из рук подчиненных и сделать всё самой.
Наступил второй месяц их системной работы с Артёмом. Катя сидела в кабинете и гипнотизировала монитор. На столе перед ней лежала распечатка первого шага — небольшой практики, которую дал Артём для регулярного выполнения. Суть заключалась в том, чтобы научиться делать паузу в моменты, когда внутри вспыхивает импульс «спасти и переделать», и наблюдать за своим телесным откликом, не вступая в действие сразу.
Сегодня тестировался новый этап: проверка отгрузок. Раньше Катя лично пересчитывала каждую коробку перед отправкой курьера. Теперь эту задачу передали новому контролеру склада, Наталье.
В 16:00 курьер должен был забрать партию костюмов для сети частных стоматологий. В 15:45 Катя не выдержала.
Она спустилась на склад. Напряженная, с каменным лицом, она встала в углу, скрестив руки на груди. Наталья наклеивала маркировку на коробки. Руки женщины слегка дрожали под пристальным, испепеляющим взглядом владелицы компании.
«Она наносит штрихкод криво, — пронеслось в голове у Кати. Волшебная привычная тревога моментально отозвалась ударом пульса в висках. — Наклейка отклеится при транспортировке. Сканер не сосчитает. Клиент вернет товар. Нас оштрафуют».
Катя сделала шаг вперед. Язык уже был готов произнести с детства знакомую резкую конструкцию: «Дай я сама наклею, ты же видишь, что криво!».
Но в этот момент в памяти всплыл спокойный голос Артёма на последней сессии:
«Катя, что сейчас происходит в твоем теле? Какая эмоция управляет тобой — холодный расчет руководителя или паника ребенка, который боится, что мир рухнет от неровной наклейки?»
Катя остановилась. Ноги стали свинцовыми. Внутри бушевал настоящий шторм: дикое, практически физическое желание выхватить пистолет с лентой и сделать самой бороздило сознание.
Наталья закончила коробку, запечатала её и подняла глаза на Катю:
— Екатерина Сергеевна… Всё правильно? Можно погружать?
Катя стояла, ощущая, как ком подступает к горлу, а пальцы сжимаются в кулаки с такой силой, что ногти въедаются в ладони. Ошибется ли Наталья? Или ошибки нет, а есть только катина фатальная неспособность вынести чужую неидеальность?
— Наклей… — начнёт Катя, но осеклась.
Телефон в кармане разразился звонком. Звонил не кто иной, как Марк Анатольевич — тот самый сложный главный врач клиники, с которым они едва уладили прошлый конфликт...
—
Вопрос: Какую цену вы уже заплатили за свое умение «быть сильной и тащить всё на себе» в личной жизни или здоровье?
Обсудить в Телеграм
Обсудить Вконтакте
Наступил второй месяц их системной работы с Артёмом. Катя сидела в кабинете и гипнотизировала монитор. На столе перед ней лежала распечатка первого шага — небольшой практики, которую дал Артём для регулярного выполнения. Суть заключалась в том, чтобы научиться делать паузу в моменты, когда внутри вспыхивает импульс «спасти и переделать», и наблюдать за своим телесным откликом, не вступая в действие сразу.
Сегодня тестировался новый этап: проверка отгрузок. Раньше Катя лично пересчитывала каждую коробку перед отправкой курьера. Теперь эту задачу передали новому контролеру склада, Наталье.
В 16:00 курьер должен был забрать партию костюмов для сети частных стоматологий. В 15:45 Катя не выдержала.
Она спустилась на склад. Напряженная, с каменным лицом, она встала в углу, скрестив руки на груди. Наталья наклеивала маркировку на коробки. Руки женщины слегка дрожали под пристальным, испепеляющим взглядом владелицы компании.
«Она наносит штрихкод криво, — пронеслось в голове у Кати. Волшебная привычная тревога моментально отозвалась ударом пульса в висках. — Наклейка отклеится при транспортировке. Сканер не сосчитает. Клиент вернет товар. Нас оштрафуют».
Катя сделала шаг вперед. Язык уже был готов произнести с детства знакомую резкую конструкцию: «Дай я сама наклею, ты же видишь, что криво!».
Но в этот момент в памяти всплыл спокойный голос Артёма на последней сессии:
«Катя, что сейчас происходит в твоем теле? Какая эмоция управляет тобой — холодный расчет руководителя или паника ребенка, который боится, что мир рухнет от неровной наклейки?»
Катя остановилась. Ноги стали свинцовыми. Внутри бушевал настоящий шторм: дикое, практически физическое желание выхватить пистолет с лентой и сделать самой бороздило сознание.
Наталья закончила коробку, запечатала её и подняла глаза на Катю:
— Екатерина Сергеевна… Всё правильно? Можно погружать?
Катя стояла, ощущая, как ком подступает к горлу, а пальцы сжимаются в кулаки с такой силой, что ногти въедаются в ладони. Ошибется ли Наталья? Или ошибки нет, а есть только катина фатальная неспособность вынести чужую неидеальность?
— Наклей… — начнёт Катя, но осеклась.
Телефон в кармане разразился звонком. Звонил не кто иной, как Марк Анатольевич — тот самый сложный главный врач клиники, с которым они едва уладили прошлый конфликт...
—
Вопрос: Какую цену вы уже заплатили за свое умение «быть сильной и тащить всё на себе» в личной жизни или здоровье?
Обсудить в Телеграм
Обсудить Вконтакте
